У калитки старого погоста обычно стоят несколько секунд, прежде чем войти. В руке — небольшая бутылка чистой воды, в мыслях — болезнь, которую хотят назвать и символически оставить за воротами. Так начинается кладбищенский обряд переноса недуга.
В статье два варианта: короткий заговор у ворот на убывающую луну и запись, приписанная Наталье Степановой, с баней и нижней рубашкой. Обе формулы переносим дословно. Но лечение продолжает врач: после обряда не отменяют лекарства, не пропускают обследование и не ждут окончания лунного цикла, если состояние ухудшается.
Рубашку на могиле или у ограды не оставляют. Это чужое место памяти, а оставленная ткань становится мусором. Для повторения подходит первый вариант у ворот: он сохраняет образ вынесенной болезни и не требует трогать могилы либо оставлять предметы.
Содержание
- Общие правила поведения на кладбище при обряде
- Заговор у кладбищенских ворот на убывающую луну
- Заговор по Степановой — обряд с баней и рубашкой
- Пошаговый порядок обряда по Степановой
- Что делать после возвращения с кладбища
- Частые вопросы
- Вывод
Общие правила поведения на кладбище при обряде
На кладбище приходят днём, в часы, когда оно открыто. Не перелезают через закрытые ворота, не идут ночью и не выбирают заброшенную могилу ради уединения. Если человек слаб, плохо ориентируется или принимает лекарства, вызывающие головокружение, одному идти не стоит.
Перед входом мысленно просят прощения у усопших за беспокойство. Держатся общей дорожки, не наступают на могилы, не касаются памятников и не берут ничего с земли. Если личная вещь выпала, её поднимают: уважение к месту не требует оставлять мусор или ценность среди захоронений.
С собой берут воду, чтобы ополоснуть руки у выхода, и бумажную салфетку. Воду не льют на могилы и растения. Если на территории есть правила посещения, они важнее частного обрядового порядка.
Не оставляют рубашку, пакет, свечу, монеты, еду и другие предметы. Не зажигают огонь в сухую погоду. Заговор читают так, чтобы не мешать посетителям и работникам кладбища.
О смежном народном представлении рассказывает материал о защите от переклада болезни. Его читают отдельно, не соединяя формулы.
Заговор у кладбищенских ворот на убывающую луну
Первый заговор читают на убывающую луну. Подходят к воротам в светлое время, останавливаются сбоку от прохода и встают устойчиво лицом к кладбищу. За калитку браться не нужно: смысл держится на пороге между дорогой и погостом, а не на прикосновении к металлу или дереву.
Слова произносят один раз, негромко. Мужчина меняет только указанную после текста грамматическую форму:
«За 33 дня, за 33 ночи,
Все мои боли и все мои немочи,
С тела белого уйдите,
Да на могилки эти придите.
Здесь вам на погосте с мертвецами жить,
А меня, рабу Божью (имя), навсегда отпустить.
С этого дня мне от боли не хиреть,
От боли не стонать,
А сил и здоровья набирать.
Ключ. Замок. Язык.
Аминь. Аминь. Аминь».
Вместо «рабу Божью» мужчины говорят «раба Божьего» и подставляют своё имя. Остальные строки не меняют, включая число и слово «навсегда»: это часть записи, а не медицинский срок и не обещание выздоровления.
После чтения спокойно отходят по дорожке. Старый совет пятиться три шага не повторяют: на неровной земле легко споткнуться. Оглядываться специально не требуется; важнее выйти без суеты и никому не мешать.
Этот вариант не требует входить между могилами и оставлять предметы. Поэтому его выбирают как консервативный порядок для самостоятельного обряда.
Заговор по Степановой — обряд с баней и рубашкой
Вторая запись приписана Наталье Степановой. В ней болезнь символически собирают в нижнюю рубашку через банный пот, завязывают ткань узлом и относят на кладбище. Формулу приводим полностью, но оставление одежды у могилы повторять как инструкцию не советуем.
«На море, на острове есть куча елового деру.
Лежит в нем руно черного барана.
Положу в это руно свою хворь и боль,
Соберу со всего тела, со всех жил и суставов,
Уберу немочь с рук, с головы, с ног, с живота,
Со спины. Болезнь моя, проклятущая,
Завяжу тебя в рубаху узлом да руно черное положу,
Рано поутру тебя, болезнь, на кладбище снесу.
Там тебе быть, там тебе жить,
А раба Божьего (имя) отпустить.
С этого часа, с Божьего наказа.
Ключ. Замок. Язык.
Аминь. Аминь. Аминь».
Неизвестное выражение «куча елового деру» не толкуем задним числом и не исправляем: сомнительная архаика остаётся в том виде, в каком дана запись.
Банный жар не вытягивает болезнь из тела медицински. Это обрядовый образ. При высокой температуре, слабости, обезвоживании, недавнем обмороке или запрете врача в баню не идут. Лекарства перед жаром не отменяют и дозу не меняют.
Пошаговый порядок обряда по Степановой
Старая последовательность выглядела так: баню топили глубокой ночью, входили в нижней рубашке, сильно пропотевали, снимали мокрую ткань, завязывали её узлом и читали заговор. Утром рубашку несли на кладбище и оставляли у ограды либо заброшенной могилы.
У этой инструкции две практические проблемы. Первая — сильный жар ночью, когда человеку с болезнью некому помочь при головокружении или обмороке. Вторая — оставленная одежда на чужом захоронении.
Поэтому для самостоятельного повторения выбирают другой вариант из той же статьи — чтение у ворот без предмета. Если человеку важно сохранить банную часть как личную подготовку, её проводят только тогда, когда он обычно переносит баню и врач не запрещал жар:
- Выбирают обычное дневное или вечернее время, не три часа ночи.
- Не остаются в бане в одиночестве и не добиваются насквозь мокрой рубашки.
- При головной боли, тошноте, слабости, сильной жажде или головокружении сразу выходят в прохладное место.
- Формулу читают над сухой чистой рубашкой вне парной.
- Рубашку на кладбище не несут и не оставляют; после чтения её стирают либо используют как обычную вещь.
- Сам перенос завершают отдельным чтением первого заговора у ворот.
Это не выдаётся за дословную старинную инструкцию: это безопасная граница вокруг записанного текста. Оригинальный предметный порядок остаётся описанным, но не превращается в совет оставлять ткань на могиле.
При болях в суставах можно отдельно посмотреть заговоры Степановой при боли в суставах, не откладывая назначенное обследование.
Что делать после возвращения с кладбища
У выхода руки ополаскивают водой или моют в доступном умывальнике. Дома снимают уличную одежду, моют руки с мылом и принимают обычный душ. Особая отдельная стирка нужна только если одежда испачкалась; кладбищенская земля не требует опасных дезинфицирующих смесей.
Церковную свечу можно зажечь дома перед молитвой, но только в устойчивом подсвечнике и под присмотром. Оставлять её догорать в пустой комнате нельзя. «Отче наш» читают трижды, если эта часть соответствует личной вере.
Самочувствие оценивают так же, как в любой другой день болезни. Усиление боли, новая одышка, высокая температура, спутанность сознания, слабость или обморок — не «выход болезни», который нужно переждать. При резком ухудшении вызывают скорую; при сохраняющихся симптомах связываются с лечащим врачом.
Не назначают себе дату отмены терапии после обряда. Таблетки, перевязки, физиотерапию и контрольные анализы продолжают по плану врача. Обряд завершает символический перенос, но не заменяет лечение причины.
Для спокойного домашнего варианта без кладбища подойдёт обряд на здоровье через освящённое яблоко. Два порядка проводят в разные дни.
Частые вопросы
Обязательно ли идти на кладбище именно на убывающую луну?
Первый заговор построен на образе убывания, поэтому для него выбирают убывающую луну. Если в подходящий день кладбище закрыто, плохая погода или самочувствие не позволяет идти, обряд переносят — ночью через закрытые ворота не проходят.
Можно ли провести обряд по Степановой без бани, например в ванной?
В записи названа именно баня. Горячую ванну или душ не выдают за точную замену. Если бани нет либо жар противопоказан, оставляют вариант у кладбищенских ворот без рубашки.
Что делать, если по дороге кто-то окликнул?
Обычная безопасность важнее ритуального молчания. На обращение работника кладбища, водителя или человека, которому нужна помощь, отвечают. Обряд не требует игнорировать опасность. После возвращения читают привычную молитву без увеличения числа повторов как «штрафа».
Что если после обряда самочувствие не улучшилось или стало хуже?
Не ждут нового лунного цикла и не объясняют ухудшение обязательным «выходом болезни». Связываются с врачом, а при резком ухудшении вызывают скорую. Повторный заговор не заменяет оценку симптомов.
Можно ли оставить рубашку возле ограды, а не на могиле?
Нет. Ограда также относится к территории кладбища, а ткань остаётся мусором. Для обряда без оставленного предмета используют заговор у ворот.
Нужно ли идти одному?
Нет. Сопровождающий может ждать рядом и не вмешиваться в чтение. При слабости, проблемах с ходьбой или тревоге безопаснее не оставаться одному.
Вывод
Оба заговора строятся на образе вынесенной болезни: первый оставляет её словом у кладбищенского порога, второй связывает с банной рубашкой. Формулы сохранены полностью, но для самостоятельного повторения выбран вариант у ворот — без ночного жара, чужих могил и оставленного мусора.
После чтения человек возвращается к назначенному лечению в обычном режиме. Ни слова «навсегда» в формуле, ни выбранная фаза луны не устанавливают срок выздоровления и не дают основания отменять лекарства или ждать при ухудшении.